Руководитель жилой программы для парней

Дмитрий Фролов

Dmitry@harborspb.ru

Руководитель жилой программы для парней

СПбХУ Теология, Радио Школа “радио ведущий”, Северо-Западный Университет Коучинга (бизнес коуч и лайф коуч),



Как вы пришли в организацию? Вспомните свой первый рабочий день?

Шесть лет назад в моей жизни произошли глобальные изменения. До этого я был пастором в одной из церквей Санкт-Петербурга, которую сам и организовал. Много занимался с молодежью, посещал детские дома, но как оказалось, не понимал всех сложностей с которыми сталкивается выпускник детского дома. Мой хороший друг, который ранее работал в Пристани предложил попробовать себя в роли руководителя жилой программы. Я познакомился с командой и понял, что очень хочу быть ее частью. На мое счастье команда Пристани также согласилась принять меня в свои объятия. С тех пор я тут и ни разу не пожалел о том, что однажды ступил на борт этого корабля. 

За что вы любите свою работу и что мотивирует вас делать ее хорошо? 

Я понимаю, что меняя жизнь только одного из парней, мы влияем на весь город и даже на весь мир. Это очень сложно. Проходя через разные этапы до поставленной с ребятами цели начинаешь еще больше понимать самого себя. Наблюдая изменения в жизнях парней наполняешься неописуемой радостью. Радостью от того, что ты не остался в стороне от чужой нужды и от того, что стал частью чьей то победы. 

Кем вы хотели стать, когда были маленьким? Как думаете, это желание повлияло на выбор профессии? 

У меня не было определенных желаний кем-то стать. Я просто хотел быть собой. То, что я делаю, делаю потому, что не могу иначе.

Если бы вы были супергероем, то, каким было бы ваше главное умение?

Исцелять раны сердца.

Кто ваш любимый книжный герой?

Лев Мышкин

О чем была последняя прочитанная вами книга? 

Об эмоциональном интеллекте

– Какое представление о любви формирует детский дом

В определённый момент мальчик начинает копировать поведение отца, а девочка – матери. Так в нас срабатывают биологические и психические механизмы. У ребят, живущих в детских домах с рождения, семейных примеров нет. Частенько они черпают знания из фильмов или от тех, кто постарше. Но друг для друга подростки редко могут быть образцами для подражания. Ребёнок, который провёл какое-то время в кровной семье, а потом оказался в детском доме, уже усвоил модели поведения своих родителей. В подростковом возрасте он воспроизводит то, что видел в раннем детстве. 

– Кажется, что дети, выросшие без родителей, должны быть самостоятельными. 

Распоряжаться деньгами для детей, выросших в детском доме, это как вы, я и китайский язык. Бытовых ситуаций, когда мама даёт деньги и просит купить хлеба, в их опыте нет. Воспитанники детдомов пришли в столовую, а там хлеб уже лежит. Помню смешной эпизод, когда восемнадцатилетний парень удивлялся, почему из крана не течёт чай. А всё потому, что в столовой их детского дома из стены торчал кран, а сам бойлер с чаем был за стеной, в кухне. Система искажает детские представления о жизни. В жилой программе мы начинаем с самого начала: объясняем, как заварить чай и не заблудиться в магазине. 

– Чем руководствуются дети-сироты, планируя будущее?

Чтобы задумываться о перспективах, нужно уметь мечтать. Мечтать без опоры на пример трудно: нет мамы или папы, которые ходят на работу, строят совместные планы, что купить, куда поехать отдыхать. У сирот всегда есть распорядок. Им объявляют: «В субботу едем на экскурсию!» Но они этого не планировали, не принимали самостоятельного решения посетить театр или кино. Старания волонтёров оказываются напрасными – мероприятия детей только раздражают. В семье у мальчика или девочки есть право спонтанно изменить свои планы: съесть грушу вместо яблока и не в час, а в два. Воспитанник детского дома так поступить не может. Сегодня экскурсия – значит, ты идёшь на экскурсию, сегодня подают рыбу – значит, ешь рыбу. Нет права на спонтанность – значит, нет навыка планировать будущее.  

– Как таким детям может помочь психолог? 

Я помогаю подростку ответить на вопрос, кто он такой, в чём его сильные стороны. Мы работаем над саморегуляцией, боремся с тревогой и страхами: некоторые даже ночевать в одиночестве боятся. Я на время становлюсь для ребят значимым взрослым, полностью их принимаю. Благодаря нашим тренировочным отношениям, они учатся жить в мире с другими людьми. 

Мы с коллегами работаем в комплексе: усилий одного психолога недостаточно. Я присутствую на пересменках, где обсуждается текущая ситуация, и помогаю наставникам разобраться в поведении ребят, подсказываю наиболее уместные педагогические методы. Так мы и идём в связке изо дня в день. Иногда я беру на себя наставнические функции: помогаю подопечным с домашними заданиями, готовлю к экзаменам. Это тоже важно, потому что ребят никто никогда не учил учиться.

Выпускники жилой программы остаются с нами на связи столько, столько посчитают нужным. Иногда я поддерживаю с ними общение 5 лет и даже больше.